Действительно ли болгарское правительство владеет 213 519 BTC?

1 марта 2022

Блокчейн и криптовалюта, Финансовые преступления и расследования, Для корпоративных клиентов

Является ли Болгария одним из крупнейших государственных держателей биткойнов? Правовое регулирование государственных инвестиций, ареста, владения и контроля над криптоактивами.

Начало городской легенды?

Теперь это почти городская легенда и мем в криптопространстве с тех пор, как в 2017 году появились новости о том, что правительство Болгарии конфисковало более 200 000 биткойнов в ходе уголовного расследования. Мысль о том, что казна правительства пополнилась этой суммой, время от времени повторялась в средствах массовой информации.

Совсем недавно, в 2021 году, компания Kraken Intelligence опубликовала отчет, в котором Болгария заняла третье место по величине государственного владения криптовалюты, но впоследствии удалила это из отчета.

Первая информация об этом была отмечена 19 марта 2017 года в пресс-релизе SELEC, межправительственным правоохранительным органом в Юго-Восточной Европе. В нем говорилось о мошенничестве со взломом таможни, расследованном совместно правоохранительными органами Болгарии, Греции и других стран, под кодовым названием «Shipment/Virus».

В пресс-релизе SELEC говорится, что подозреваемые инвестировали доходы от мошенничества в более чем 200 000 BTC. Заявление SELEC можно прочитать по ссылке.

Обратите внимание, что SELEC не подтвердили, что такое количество биткойнов было конфисковано или иным образом находилось под контролем болгарских властей.

Конечно, если бы такая сумма не была поставлена под арест, не совсем понятно, откуда правоохранителям стало известно о сумме, якобы вложенной подозреваемыми.

Интерес к заявленной сумме понятен. Изъятая сумма составляет примерно 1% от общего количества биткойнов, и по текущим ценам оценивается в 7,7 млрд долларов США, что также соответствует примерно 11% ВВП Болгарии.

Поэтому неудивительно, что за этой темой следили болгарские политики и известные технологические инвесторы.

Что известно на данный момент?

Из информации, обнародованной в результате журналистических и политических расследований, было трудно получить достаточно конкретную и ясную историю. Острая часть расследований была в основном отклонена на том основании, что информация о любой конфискации защищена из-за ее потенциального влияния на текущие уголовные расследования.

В недавнем запросе на доступ к информации в Министерство финансов Болгарии, ссылаясь на Закон о свободе информации, мы задали три группы вопросов.

Во-первых, о самом объявлении и возможном изъятии.

Во-вторых, мы подняли более общие вопросы об аресте, конфискации и распоряжении болгарским правительством криптоактивов в целом.

В-третьих, мы спросили об авуарах криптовалюты правительства Болгарии в целом, независимо от того, как они были приобретены (например, после ареста или конфискации или в результате завещания, или, например, в результате инвестиционной деятельности), как по факту, так и на практическом уровне.

Ответ Министерства финансов Болгарии

Министерство финансов очень быстро отреагировало на наш запрос по Закону о свободе информации в письме (Письмо) и подтвердило, что они проявляют интерес к этому вопросу по крайней мере с 2021 года. Они подтвердили, что сами запросили у Главного прокурора, удерживаются ли 213 519 BTC. Они сообщили о получении ответа от заместителя главного прокурора Верховной кассационной прокуратуры Болгарии о том, что Специализированная прокуратура не конфисковывала и не удерживает 213 519 BTC.

Однако после Письма, важные вопросы остаются без ответа. В Письме не указывается, могли ли другие подразделения прокуратуры конфисковать криптовалюту в рамках Операции «Shipment/Virus» или в рамках другого расследования, а также были ли они изъяты в качестве доказательства в ходе расследования.

Также может случиться так, что прокуратура держит иное количество криптовалюты, например 213 518 BTC, а не 213 519 BTC.

Заключительные мысли

Нужно оценить усилия исполнительной власти Болгарии, в частности Министерства финансов, докопаться до сути этого дела, а также того факта, что на момент конфискации у власти находилась другая политическая партия. Тем не менее, эти усилия пока, к сожалению, не дали убедительного ответа.

Мы намерены навести с Министерством финансов дополнительные запросы, которые, по нашему мнению, будут полезны для их собственных усилий по внесению ясности по этому вопросу.

Кроме того, может быть целесообразным внести поправки как в Уголовно-процессуальный кодекс Болгарии, так и в Гражданский процессуальный кодекс, чтобы иметь дело с конфискацией и, при необходимости, реализацией криптоактивов или других цифровых активов, а также для публичного обсуждения Правительством и, в конечном итоге, определить стратегию в отношении криптоактивов.

Совсем недавно Министр финансов Асен  Василев заявил, что правительство изучает возможность внедрения в Болгарии механизма криптоплатежей. Соответственно, создание правовой среды, возможно, так же важно в контексте, как и выяснение того, владеет ли Болгария крупным количеством криптоактивов или нет.

Также неудивительно, что до сих пор нет ясности и официального заявления прокуратуры о том, были ли криптоактивы арестованы или иным образом находились под контролем болгарских властей. Болгарское уголовное судопроизводство идет медленно, и хотя с момента сообщения об операции «Shipment/Virus» в 2017 году прошло более 4 лет, этого времени, скорее всего, недостаточно, учитывая сложность дела для расследования. Для завершения уголовного дела вполне может потребоваться еще 10 лет. На этом этапе может выясниться, находились ли такие криптоактивы в собственности или под контролем правительства Болгарии и что с ними случилось.

© New Balkans Law Office 2022

Работа болгарских юристов и юристов с двойной квалификацией в New Balkans Law Office регулируется соответствующей регистрационной коллегией. New Balkans Law Office — это торговая марка Legal Services EOOD, компании, зарегистрированной в соответствии с законодательством Болгарии, с регистрационным номером 202331677.

© New Balkans Law Office 2022